Стартовая страница
 Каталог сайтов
 Обратная связь
 Поддержать сайт
 
 
 
 
 
 Армянские сказки
 Армянские предания
 Армянские притчи
 Армянские легенды
 Давид Сасунский /Эпос/
 Армянские пословицы
 
 Армянский пантеон богов
 Верховный жрец Арарата
 Сказание об Ара прекрасном
 Сказание об Арий Айке
 
 Армянская поэзия
 Армянские басни
 
 Армянская свадьба
 Армянские женские имена
 Армянские мужские имена
 Армянские народные инструменты
 Армянские праздники
 Армянские традиции
  
 
Яндекс цитирования

Златокудрая девочка


Жила-была одна женщина. Жили с ней родная дочь и падчерица. И была у них одна-единственная корова.
Каждый день мачеха выгоняла корову, давала падчерице кусок хлеба и говорила ей:
— Пропади ты пропадом, ступай паси корову. Вот тебе хлеб, не ешь его, по лугу поноси да назад принеси. Да возьми веретено: пока будешь ходить, ниток насучишь.
Голодная девочка целые дни пасла корову да сучила нитки. Однажды оборвалась нитка, веретено покатилось, покатилось; в земле была дыра, в эту дыру оно и упало. Поглядела падчерица, а через дыру видно, как сидит под землёй мать вишапа — дракона, жуёт вместо хлеба кусок железа и нитки прядёт.
Девочка крикнула ей:
— Нани-джан, нани, дай мне моё веретено! Отвечает ей мать вишапа:
— Кто ты, такая смелая, что решаешься заговорить со мной? Ко мне и птица-то не залетает, и змея не заползает, Может, ты спустишься?
Сошла падчерица вниз, а старуха и говорит ей:
— Поди-ка голову мне помой.
Стала девочка ей голову мыть и волосы чесать, а волосы у старухи как свиная щетина, и насекомых в них всяких видимо-невидимо.
— Что, — спрашивает старуха, — хороши ли мои волосы?
— Хороши, — отвечает девочка, — мягкие да шелковистые, какие у моей родной матери были.
— Ты, наверно, есть хочешь, — говорит старуха, — пойди возьми хлеба.
Пошла девочка, взяла, а это не хлеб, а кизяк. Держит она его, не знает, куда деть. Старуха спрашивает:
— Что, вкусный ли мой хлеб? А девочка отвечает:
— Вкусный, нани-джан, вкусный, точно его моя родная мать испекла.
— Ну, поешь теперь квашеной капустки.
Глянула девочка в кувшин, а там жаба да змея заквашены.
— Что, вкусно ли? — спрашивает старуха.
А девочка кувшин подальше отставила, а сама говорит:
— Вкусно, нани-джан, вкусно, как будто моя родная мать заквасила!
Так ничего неприятного она старухе и не сказала. Та говорит девочке:
— Поди сюда. Вон видишь из-под земли два родника бьют, в одном вода чёрная, в другом — белая. Ты чёрной воды не касайся, а в белую голову окуни.
Девочка так и сделала, и стали её волосы из чистого золота. Испугалась падчерица, говорит старухе:
— Ах, нани-джан, если это моя мачеха увидит, она мне все волосы вырвет!
— Ничего, — говорит старуха, — я тебе голову платком повяжу.
— Всё равно боюсь идти, — говорит девочка, — наверно, моя корова пропала.
— Не пропала, — говорит мать вишапа. — Ты пока будешь её пасти, один рог
подави — из него масло потечёт, а другой подави — из него польётся мёд. Кушай да поправляйся, становись красавицей.
Прошло несколько дней. Девочка поправилась, сделалась красивой, как гури-пери.

— Пропади ты пропадом, — говорит ей мачеха. — С чего это ты так хорошеешь,  ведь ничего не ешь, только корову пасёшь? Пусть завтра моя дочь пойдёт корову пасти, может, и она красавицей сделается.
Наутро пошла мачехина дочь корову пасти. Мать ей с собой дала каймах,  масло, сыр, белый хлеб.
— Кушай, — говорит, — и становись красавицей, как гури-пери.
Пошла мачехина дочь на луг. Раза два веретено крутанула, нитка и оборвалась, а веретено попало в дыру. Подошла она к дыре и видит: сидит под землёй мать вишапа, железо жуёт и прядёт.
— Эй,— кричит она, — старая карга, отдавай-ка моё веретено!
Отвечает ей мать дракона:
— Сойди-ка вниз.
Сошла она, а старуха велит ей голову помыть.
— Тьфу, — говорит мачехина дочка, — да чтобы я к твоим мерзким волосам прикасалась!
Старуха ей говорит:
— Тогда пойди кусок хлеба съешь, вон он лежит.
— Тьфу, — говорит мачехина дочка. — Да чтобы я такую дрянь в рот взяла!
— Тогда квашеной капустки поешь, вон она, в кувшине.
— Тьфу,— Опять плюётся мачехина дочка, — ты что, одурела: это же змея да жаба в кувшине заквашены!
— Иди сюда, — говорит старуха. — Видишь, из-под земли два родника бьют? В одном вода белая, в другом — чёрная. Окуни голову в чёрную воду.
Мачехина дочка окунула голову в чёрную воду, и повис у неё с затылка ослиный хвост. Пришла она домой, а мать в отчаянии закричала:
— Зарежьте эту корову, из-за неё моя дочка ослиный хвост заработала!
Побежала падчерица к матери вишапа и говорит:
— Нани-джан, корову хотят зарезать! Что мне делать?
А старуха ей говорит:
— Не плачь, дочка, пусть зарежут. Только потом, когда мясо съедят, ты все косточки собери да в землю закопай. Увидишь, как всё хорошо получится. Когда корову зарезали, падчерица горько плакала. Мяса она не ела, а только косточки собирала.
— Пропади ты пропадом, — говорит ей мачеха. — Зачем тебе эти кости?
— Похоронить хочу, — отвечает падчерица.
Стали над ней мачеха с дочкой насмехаться да издеваться, а она всё равно кости собирает. Собрала все косточки и закопала у самого порога. Много ли времени прошло, мало ли, им лучше знать, собирается мать с дочерью на богомолье. Мачеха рассыпала просо по полу и говорит:
— Всё по зёрнышку соберёшь да вот этот тазик слёз наплачешь.
Ушли они, а падчерица просо по зёрнышку собирает и плачет. Входит в это время в дом незнакомая старушка и говорит:
— Отчего это ты, девочка, плачешь и зачем просо по зёрнышку собираешь? Что случилось с тобой?
— Ничего, нани-джан. Просто так грустно стало, А просо я собираю, чтоб без дела не сидеть.
Старушка возражает ей:
— Не правда это.
Видит девочка, что старушку не обманешь, и рассказала всё, как есть.
Старушка говорит:
— Да падёт горе на голову тех, кто так мучает бедную сироту. Возьми веник и смети просо, а в таз воды налей, брось туда щепотку соли, и всё.
Сказала старушка и ушла, а падчерица её послушалась как та велела, так и
сделала.
Вышла она к порожку, где были закопаны коровьи кости. Думает: посмотрю, что из этого вышло. И вдруг видит и глазам своим не верит - стоит у порога огненный конь-красавец. А к седлу коня прикручен сверток с удивительными узорами. Развернула его падчерица, - а там платье, какое свет не видывал, да пара туфелек блестящих. Одела падчерица платье, обула туфельки и стала
точно как красавица гури-пери. Вскочила она на коня и поскакала вслед за мачехой и её дочкой на богомолье. Народ глядит — не налюбуется. Сошла красавица с коня, помолилась да назад поскакала. Скакала она быстро и не заметила, как с ноги туфелька упала и полетела в реку.
Дома разнуздала она коня, отпустила на луг, одежду под порог убрала, надела своё изодранное платье и села у стенки. Вернулись мачеха и сестра с богомолья.
— Пропади ты пропадом, — говорит она падчерице. — И ты, такая оборванка, себя девочкой называешь? Видала бы ты, какая красавица приезжала на богомолье: золотые кудри распущены по плечам, одежда сверкает и огненный конь под ней так и танцует.
Отвечает падчерица:
— Что же делать, вы же меня с собой не взяли, чтоб и мне на такое поглядеть?
— Пропади ты пропадом, — отвечают они ей, — надо было тебя с собой взять, чтоб огненный конь тебя растоптал.
К вечеру царских коней повели на водопой. А кони в реку не идут, видят, что-то сверкает, в реке, и шарахаются. Пошли слуги к царю, говорят: кони не пьют, там что-то сверкает в реке. Царь говорит:
— Закиньте невод, вытащите из реки то, что сверкает. Слуги закинули невод, видят — туфелька, маленькая и блестящая. Отнесли царю. Царь говорит:
— Уж если туфля так хороша, то как же хороша его хозяйка! Найдите её, я на ней своего сына женю.
Стали слуги всем девушкам туфельку примерять, а она никому на ногу не лезет. Семь деревень обошли, дошли до мачехиного дома. Очень старалась мачехина дочка блестящую туфельку надеть, да где уж ей было!
Слуги говорят:
— Пусть и эта замарашка наденет, царь приказал, чтобы все мерили.
Надела падчерица туфельку, а она ей в самый раз!
— Теперь, — говорят слуги, — ждите, царь приедет эту девушку за своего сына сватать.
Через два дня подъезжает царь со свитой к их дому, а мачеха скорей падчерицу в тонир запихала, накрыла да сверху камнем привалила, а свою дочку разрядила в пух и прах и на тахту усадила. Приезжает царь, начинают они пировать. Вдруг влетает в дом петух, садится на тонир и кукарекает:
— Ку-ка-ре-ку, ослиный хвост на тахте, а золотые кудри в тонире!
Мачеха бьёт его, гонит, а он перелетел на тахту и опять:
— Ку-ка-ре-ку, ослиный хвост на тахте, а золотые кудри в тонире!
Царь приказывает:
— Откройте тонир!
Открывают и видят: златокудрая девочка сидит, съёжившись, в углу. Вытащили её оттуда. Захотели переодеть. А она говорит:
— Не надо.
Достала она свою одежду из-под порожка и превратилась в красавицу гури-пери. Мачеху с дочкой опозорили и выгнали, а потом устроили свадьбу златокудрой девочки с царским сыном.

Как сбылись их заветные желания, так и ваши пусть сбудутся. 


<<<Назад