Стартовая страница
 Каталог сайтов
 Обратная связь
 Поддержать сайт
 
 
 
  купить intel core i3
 
 Армянские сказки
 Армянские предания
 Армянские притчи
 Армянские легенды
 Давид Сасунский /Эпос/
 Армянские пословицы
 
 Армянский пантеон богов
 Верховный жрец Арарата
 Сказание об Ара прекрасном
 Сказание об Арий Айке
 
 Армянская поэзия
 Армянские басни
 
 Армянская свадьба
 Армянские женские имена
 Армянские мужские имена
 Армянские народные инструменты
 Армянские праздники
 Армянские традиции
  
 
Яндекс цитирования

Ветвь 3. Давид и Мгер


Однажды Давид сказал:
«Хандут, С тех пор как я тебя привел.
Впал в грех перед лицом Тех пахлеванов сорока.
Совесть гнетет, ведь я невесту отнял у них.
Я слыхал — в Гюрджистане красивых девушек тьма.
Мой долг собрать всех сорок богатырей.
Для них сорока сорок невест сыскать.
Чтобы каждому — по душе.
Найду, вернусь, жди!»

Хандут-хатун в ответ:
«Меня ты в Сасун привел, поселил.
От матери, от отца отбил,
Покинуть хочешь теперь, уйти, —
Как же мне быть без тебя?
Ты уйдешь, а родится сынок —
Что же делать мне?»

Давид сказал: «Хандут-хатун,
Коль у меня родится сын,
Ты назови младенца — Мгер,
Чтоб имя жило отца моего».
Златое запястье Давид достал
В каменьях дорогих.
Сказал: «Коли родится сын.
Ему на правую руку надень,
А коль родится дочь.
Так пусть бережет про свадебный день.
А задержусь я там — ты Мгера шли к отцу,
По запястью узнаю: сын».

Он встал, он сел на коня Джалали,
Пустился в путь, понесся вскачь.
Всех тех сорок богатырей
Нашел он в сорока краях.
Он ездил с ними по разным краям,
И в Гюрджистане он побывал,
И в Азербайджане он побывал,
Всем сорока невест сыскал.
Когда ездили вместе они.
Одну девушку встретил в пути, —
Той девушки прекрасней нет.
Сказал: «Ее в служанки возьму к Хандут!»
И девушку взял с собой.
Сказал: «Остановитесь, братья, здесь.
Дороги дальше нет для нас!
Ступайте с богом каждый в свой край,
И мне пора в Сасун!»
И взяли девушек те к себе,
Сказали, поклонясь:
«Благодарствуй, Давид,
Надежда наша через тебя сбылась!»
И в путь пошли, простясь.
А сам ту девушку взял Давид,
На крестец коня посадил и увез в Сасун.
А мы — возвестим о Хандут-хатун.
Лишь отбыл Давид в Гюрджистан,
Вачо послал, и взяли Хандут,
И привезли ее в Капут-кох.
Она же была на сносях,
Как прибыла в отцовский дом —
Легла и сына родила.
Вачо сказал Хандут-хатун:
«Если мальчик — сынок Давидов,
Должен быть силы знак на нем».
Принесли, спеленали его,
Приволокли от плуга цепь.
Той цепью свили, связали его.
Но как заплакал малыш, в люльке тянуться стал
Распалась цепь —
Не счесть, на сколько кусков разорвал
(Да, от Давида и Хандут
Не родится слабенький сын!).
Признали: сын богатырский!
Вот стали мальчика купать, глядят:
А ручка одна зажата.
Старались так и сяк — не разжимается кулак.
Всем городом собрались,
Разжимать взялись.
Тут встал Вачо и в страхе
Письмо Торосу написал:
«Торос, очам твоим — свет!
Родился сын у Давида,
Да на ручку одну калека».
Торос, едва прочел письмо.
На шестиногого сел Лазги,
В Капут-кох прискакал.
К Вачо приехал в дом, сказал:
«Ну, где ж спеленутый малыш.
Взгляну, каков он, мальчик наш!»
Он взял младенца, стал глядеть.
Он начал ручку ему тереть,
И тот разжал кулак.
Увидел Торос в руке его — сгусток крови.
Сказал: «Ай-ай! Разве что камень
В себя его примет,
А земле его не снести!
Он в каплю крови мир превратил
И зажал в ладони.
Коль будет он жив,
Многое он свершит!»
Прошло два-три денечка,
Хандут просила сына окрестить
И назвала младенца — Мгер.
У других ребята растут по годам,
А Мгер — по дням,
У других — по месяцам, Мгер — по часам.
Еще прошел недолгий срок —
И встал Кери Торос.
Он Мгера взял с Хандут-хатун
И с ними прибыл в Сасун.
Как исполнился Мгеру год,
Встал Мгер, пошел по городу ходить.
И как минуло Мгеру шесть годков, —
Большая река под городом текла, —
Связал он мост, и прохожие шли.
Когда ж они по мосту шли,
Мгер подходил, прохожих бил, говорил:
«Сучьи дети, вот мост связал я, —
Уж не для вас ли связал?
Зачем идете по моему мосту?»
Народ поворачивал, брел назад, —
Спускались, переправлялись вброд.
А Мгер подходил, всех бил, говорил:
«Сучьи дети, вон мост связал я,
Так я ж для вас связал,
Зачем же вам вброд идти?
Вас вода унесет, мне на душу грех падет!»
К Торосу с жалобой тут народ пошел,
И Мгера пожурил Торос.
Протекло семь лет. Не вернулся Давид.
Мгер матери раз сказал:
«Где отец мой, марэ?
Твердят ребята: нет у тебя отца,
Пич ты иль сирота?
Как нет у меня отца? Пойду за ним!
Где мой отец?»
Мать ему: «Твой отец — Давид,
Он ушел в страну Гюрджистан,
Сорок богатырей женить и вернуться домой.
Золотое запястье он дал:
Коль родится сын —
Ему на руку навязать
И сына за отцом послать».
И Мгер сказал: «Пойду искать отца!»
Золотое запястье мать принесла,
Надела на руку ему
И указала путь в Гюрджистан.
Мгер из конюшни вывел жеребца,
Доспех надел и поскакал искать отца.

Вот поле перед ним.
Глядит: навстречу — чернобородый всадник
И девушка-краса с ним на коне.
Вскричал: «Эй, всадник,
Ты сам бородат, а она молода, —
Пристало ль тебе молодую везти на коне?
Отдавай красавицу мне!»
Всадник в ответ: «Ой, мальчуган,
Для тебя хороша, для меня — нет?»
А Мгер: «Мне лучше она пристала,
Оба — юные мы!»
Давид проехать хотел, но руку Мгер занес:
«Не дам тебе, отыму», — сказал.
Разгневался Давид, сказал:
«Э-гэ! Э-гэ! Каково!
Проезжал я моря,
Не замочил копыт у коня,
Узенький тут повстречал ручеек —
И он не пускает меня?
Исходил немало я скал-камней,
Не знавал я преград для путей,
Увидел тут тоненький вал —
Больно он меня напугал!»
Лишь кончил Давид, Мгер сказал:
«Так этот узенький ручеек — я?
Так этот тоненький вал — я?
Слезай же с коня и вступим мы в бой!»
И слез с коня.
Давид сказал: «Обожди,
Я в сторону девушку отведу,
И сразимся с тобой».
— «Отведи!» — сказал Мгер.
Свел девушку Давид на верх горы,
А сам вернулся назад.
Давид и Мгер сошлись в бою,
Один на один бьются.
Как бьются они?.. Так бьются они:
Словно летом плугом стали пахать
По сухому. Дробятся в прах
Горы и камни под их пятой.
Пыль, клубясь, неба лицо облекла,
Струится пот, замешалась грязь.
От мощи палиц их
Встал вихрь, платок Давидов унес.
Унес и бросил к порогу Хандут.
Из дому вышла Хандут,
Посмотрела — пыль покрывает мир,
А у двери платок лежит.
Взяла, узнала запах платка, сказала:
«Да это платок Давида!»
Прислушалась — от грома поле гудит.
Вскочила на коня, понеслась.
Глядит, пыль и мгла кругом.
Всмотрелась, видит Хандут —
Не две ли горы друг на друга идут?
Ударяют горы друг друга в грудь —
То Мгер с Давидом сшибаются грудь о грудь,
Оба в крови плывут.
Не подойдет человек.

Тут стала Хандут голосить-кричать:
«Давид, не бей, Давид, не бей!
Ведь это — младенец единственный наш!»
И рад бы Давид не бить.
Но сам в глубине души устрашен.
От страха Мгера разит.
А Мгер, тот матери сказал:
«Ты не тужи, удары его —
Как с Цовасара ветерок.
Лишь волосы едва шевелят мне».
Хандут-хатун кричит:
«Мгер, не бей его, Мгер, не бей!
Ведь это наш чернобородый Давид!»
Не слушался Мгер.
Тогда запела Хандут: «Что, горы, стоите кругом?
Что, долы, лежите кругом?
Разнимите же сына с отцом!»
Но разве горы, долы помочь придут?
Нет, горы, долы помочь не придут.
Хандут-хатун воззвала:
«Благословен всеблагой господь,
Ты милостью велик.
Вели, чтоб архангел слетел Гавриил
И рознял сына с отцом».
И бог повелел, Гавриил-архангел слетел.
Он коснулся рукой и рознял сына с отцом,
Точно двух петухов
Кто-то вдруг разогнал.
Повернулся Давид, сказал:
«Ты, парень, убить меня мог — а потом
Как встретился бы с моим удальцом?»
Тот спросил: «А кто удалец твой?»
Ответил: «Тот удалец мой,
У кого запястье на правой руке».
Склонил Мгер очи к правой руке,
Глядит: золотое запястье на ней.
Заплакал, подошел, руку Давида поцеловал.
Сказал: «Ты мой отец, я согрешил!»
Давид вскричал, сказал:
«Мгер, раз ты боролся со мной
И через тебя познал я стыд —
К благому взываю творцу:
Да будешь бессмертен ты и бездетен».
Как проклял Мгера Давид,
Разгневался Мгер, поехал в Капут-кох.
Сорок юношей позвал.
Сорок девушек позвал, сели за стол.
Семилетнее стали вино гранатное пить.


<<<Назад